В среду, 19 ноября, в большом зале администрации Новосибирской области министр внутренних дел России Рашид Нургалиев провел выездное заседание Правительственной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. С докладами о состоянии дел с подростковой преступностью, опекой, работой детских домов выступали представители многих российских регионов. Почти все доклады прошли буднично, и только выступление представителя Республики Тыва получило совершенно неожиданный поворот.

Начиналось все привычно. Председатель комиссии по делам несовершеннолетних Республики Тыва Анатолий Партизанович Дамба-Хуурак рассказал о положении дел в республике. По его словам, проблемы есть, но они решаемы. Тогда министр МВД РФ Нургалиев заметил, что в Тыве увеличилось количество подростков, совершивших преступление в состоянии алкогольного опьянения. «Каковы причины и что предпринимается в республике, чтобы изменить это положение?» — спросил министр.

«Я думаю, это не только у нас, а по всей России, — начал господин Дамба-Хуурак. — Мы разбирались и поняли, что у нас очень слабые институты общественного контроля». И Анатолий Партизанович рассказал, как его комитет договорился с разными союзами, в том числе с Союзом женщин, что правительство республики будет оказывать всем им организационную помощь, а они, в свою очередь, будут осуществлять контроль за структурами по линии социальной политики.

— Так все-таки, что с распространением пьянства? — опять спросил Нургалиев.

— Большая безработица в сельской местности, отсюда все и идет, — коротко ответил Дамба-Хуурак и замолчал, показывая, что у него все. Нургалиев тоже молчал. Зал внимательно следил за обоими. Видно было, что всем интересно услышать, что же все-таки делать.

— Ну а что же все-таки делать? — наконец спросил министр.

Все затаили дыхание и посмотрели на Анатолия Партизановича. Он задумался, в то время как магия его имени и фамилии завораживала аудиторию все больше. В зале явственно забрезжил луч надежды. Казалось, мудрый тывинец изречет сейчас что-то очень важное, что, может быть, именно сейчас загорится свет в конце тоннеля.

— Усиливать общественные институты, — развел руками Дамба-Хуурак. Нургалиев досадливо отвернулся.

Однако просто так отпустить разочаровавшего их пророка зал не хотел. Слово взял один из членов Правительственной комиссии. Он рассказал, как ездил весной в Тыву и местные школьники ему признались, что когда в сентябре созревает конопля, то они всем классом выходят ее собирать под руководством учителей: «Как такое может быть?».

Анатолий Партизанович стал несколько путано объяснять, что в прошлом году в республике был кризис, потом произошла смена правительства, но вообще-то новый председатель правительства Тывы знает эту проблему, поэтому одним из своих первых постановлений призвал увеличить финансирование сельского хозяйства в пять раз.

— Выделили средства? — спросил Нургалиев, когда Дамба-Хуурак опять замолчал.
— Выделили... — дерзко начал Анатолий Партизанович, но тут же осекся и опять развел руками. — Рашид Гумарович, вот когда мы с вами по конопле говорим, то вообще-то даже перед депутатами Законодательной палаты один сенатор озвучил предложение по легализации конопли. Для нас это, конечно, было удивительно, но…

— Вы немножко в сторону уходите, — сказал он тывинцу. — Вы скажите, выделили средства в сельское хозяйство, чтобы все это искоренить?

— Выделили.
— Что изменилось?
— Согласно статистическим данным количество людей, которые собирают коноплю, еще только больше стало, — махнув рукой, обреченно ответил тывинец.

Зал уже вовсю смеялся. Нургалиев покачал головой. «Я такое первый раз слышу, — признался он. — Такого, наверное, даже в Афганистане нет — чтобы с учителями». И пообещал отправить в Тыву специальную комиссию.